Адвокатская палата Оренбургской области

Информация

Поиск по сайту

Новости Федеральной палаты адвокатов

СЕРЕДИНА XIX ВЕКА - КОНЕЦ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

В ноябре 2011 года юридическая общественность Рос­сии отметила 100-летие Закона Российской империи «О разрешении женщинам получать высшее юриди­ческое образование».

В октябре 2012 года отмечался 95-летний юбилей женского равноправия в адвокатуре.

Мужской шовинизм по отношению к женщинам транс­формировался за пять веков, что отразилось в поговорках русского народа: от «Домостроя» XVI века - «Бабе дорога от печи до порога» - до ноября 1911 года, когда появилась поговорка «Женский ум лучше всяких дум».

Да и само слово адвокатура - женского рода.

История адвокатуры в Оренбургском крае неразрыв­но связана с судебной реформой русского императора Александра II.

В апреле 1743 года был заложен один из главных вос­точных форпостов России - крепость Оренбург. Годом позже образована губерния, куда входили земли от реки Волги до реки Ишим в Сибири. Оренбургская губерния была в 12 раз больше сегодняшней области и включала часть территорий современных Башкирии, Казахстана, Татарстана, Челябинской и Самарской областей.

Губернией управляли военные губернаторы и генерал- губернаторы, большую часть русского населения со­ставляли военные, отставники и казаки. Суды были со­словные, а часть населения вообще бесправная.

В 1746 году был издан Указ Сената «О ссылке в Орен­бургский край кроме уголовных преступников людей порочного поведения, не помнящих родства и своих помещиков». Указ действовал 85 лет - до 1831 года, самодержавие в форме абсолютизма не допускало и мыс­ли о правах человека и защиты по уголовным делам.

Правители России открыто порицали саму идею ад­вокатуры того типа, который уже действовал в Запад­ной Европе с XV века. Николай I был убежден и счи­тал, что адвокаты «погубили Францию». Он говорил: «Пока я буду царствовать, России не нужны адвокаты, без них проживем».

Только за два года до судебной реформы 1864 года - 11.07.1867 г. - последовал Указ об упразднении Орен­бургской крепости. Находившийся в то время в Орен­бургской ссылке поэт Аполлон Григорьев посвятил Оренбургу четверостишие:

 

Скучный город скучной степи,

Самовластья гнусный стан,

У ворот - острог да цепи,

А внутри - иль хам, иль хан.

 

Видимо, А. Григорьев был не только поэт, но и гражданин.

Судебная реформа Александра II, предполагавшая появление суда «скорого, правого и милостивого», долгое время признавалась в Петербурге и Москве для Оренбургского края нежелательной.

Город-крепость оказался на стыке двух цивилиза­ций: российской имперской со своей сословной бюро­кратической судебной системой и народным киргиз- кайсацким правом традиций кочевых народов. Со дня заложения Оренбурга оставался 121 год до осознания правителями России необходимости судебных преоб­разований.

В этом году отмечалось 1150-летие государственно­сти России, и всего 148 лет прошло с того времени, как российскому народу был предложен суд «скорый, правый и милостивый». 74 года их них были откатом с тройками НКВД, Губчека, революционными трибуна­лами, ГУЛАГом и т.д.

Возобновление суда присяжных произошло в Оренбург­ской области через 86 лет. В мае 2003 года было рассмо­трено первое дело судом присяжных, чуть ранее, через 79 лет, 19.08.1999 года был принят Закон Оренбургской области «О мировых судьях». Оренбургским адвокатам приходилось учиться новому судопроизводству.

Что касается судебной реформы 1864 года в Оренбург­ском крае, то она начала действовать в полном объеме через 35 лет, позже остальных регионов России. Осо­бенностью для Оренбургского края стало то, что рань­ше остальных институтов реформа реально реализовывалась через присяжных и частных поверенных.

В конце XIX - начале XX века 111 выпускников юри­дического факультета Московского университета ра­ботали кто судьями, кто следователями, кто присяж­ными поверенными в Оренбургской губернии. 46 из них окончили Оренбургскую мужскую гимназию.

Молодые, амбициозные выпускники юридиче­ских факультетов Казанского, Московского, Санкт-Петербургского университетов жаждали применить приобретенные знания на практике.

В Оренбургских архивах первое упоминание об адво­катах отмечено январем 1876 года, когда корреспон­дент газеты «Оренбургский листок» писал: «Дума наша давно осознала нужду иметь своего особого ад­воката. Жребий выпал на члена местной судебной палаты. Господин Вейсберг Л.О. - молодой кандидат Санкт-Петербургского университета, еврей приехал в Оренбург год тому назад. Мы очень рады, что из девяти кандидатов, между которыми фигурировали даже имена княжеские, Дума избрала Вейсберга Л.О., человека полного свежих сил и образованного. Дело доброе и знаменательное тем, что мы доросли уже до веротерпимости, против чего так грешна Русь корен­ная». Так поверенным по делам города и городско­го общественного банка Дума избрала титулярного советника Вейсберга Л.О. с жалованием 1500,00 руб. и заключила с ним контракт на 1 год. Через 11 лет тот же Вейсберг Л.О. защищал городского голову Оренбурга по фамилии Середа Н.А. за растрату казенных денег.

Адвокаты занимались и общественной деятельностью. Так, Баратынский Николай Алексеевич в 1882 году осно­вал и издавал газету «Оренбургский край», редактором которой в 1907 году стал адвокат Лисовский А.А.

Адвокат Хволос Моисей Исаакович, состоявший в Казанской судебной палате, вел дела в Перми, где он принял клятву адвоката.

 

Клятвенное обещание

Обещаюсь и клянусь Всемогущимъ Богомъ хра­нить верность Его Императорскому Величеству Государю Императору, Самодержцу Всероссийско­му, исполнять въ точности и по крайнему моему разумению законы Империи, не писать и не гово­рить на судъ ничего, что могло бы клониться къ ослаблению православной церкви, государства, общества, семейства и доброй нравственности, но честно и добросовестно исполнять обязанности принимаемого мною на себя звания, не нарушать уважения къ судамъ и властямъ и охранять инте­ресы моихъ довърителей или лицъ, дъла которых будутъ на меня возложены, памятуя, что я во всемъ этомъ должен буду дать ответь предъ закономъ и предъ Богомъ на страшномъ судъ Его. В удостовърение сего цълую слова святой библии. Аминь.

 

Хволос М.И. вел дела в Екатеринбурге и Оренбурге, где в газете дал объявление следующего содержания: «Адвокат Хволос М. принимает в доме Князева, где страховая компания «Дружина», с 9-00 до 16-00 и с 17-00 до 18-00 для бедных даром». Так закладывались традиции русской присяжной адвокатуры о бесплат­ной юридической помощи.

С 1899 года в судебной палате окружного суда было введено обязательное назначение адвоката. С 1861 года прошло 33 года, когда в Оренбурге 18.06.1894 году ми­нистр юстиции Муравьев Н.В. открыл окружной суд.

Через четыре года, в 1898 году при суде стали действовать институты присяжных заседателей и присяжных поверен­ных, чьи обязанности исполняли присяжные поверенные, состоявшие в округе Московской судебной палаты. Через 19 лет, просуществовав до ноября 1917 года, эти институты были ликвидированы Декретом о суде № 1.

Гражданская война в Оренбуржье была ожесточенная. Оренбург трижды переходил из рук в руки то белока­заков, то красных. В январе 1919 года красные изгнали дутовцев в последний раз. Печатный орган Оренбург­ского Тургайского комитета РКП(б), Губисполкома военсовета Оренбургского укрепрайона газета «Ком­мунар» 20.02.1920 года в статье «Суд старый и новый» озвучил новые веяния: «Суд, выдвинутый революцией, состоит из одного районного судьи и двух заседателей. В своих решениях он руководствуется одним един­ственным законом - революционной совестью. В суде должен веять дух революции. Новый суд - классовый, т.е. кто не с нами, тот против нас».

Попутно с упразднением старых судебных учрежде­ний был также сам по себе упразднен институт при­сяжных поверенных.

Между тем надобность в оказании помощи обра­щающимся в суд гражданам имелась. Кроме того, с упразднением Государственной прокуратуры необходим был также институт общественных об­винителей. Ввиду этого, Декретом о суде № 2 ВЦИК при Советах рабочих и крестьянских депутатов были образованы Коллегии правозаступников. В 1919 году такая коллегия была образована в г. Оренбурге. В обязанности членов Коллегии входило выступле­ние на суде, как в качестве общественного защитни­ка, так и в качестве общественного обвинителя по приглашению суда. Члены коллегии правозаступ­ников избирались и отзывались Советами рабочих и крестьянских депутатов.

А уже 28.02.1919 года в газете «Коммунар» было напе­чатано объявление: «Бывший присяжный поверенный Рейхштадт В.П. возвратился и возобновил прием с 5 до 8 вечера в доме Балашевой на ул. Перовской (Пролетар­ской), угол Петропавловской (Краснознаменной)».

01.03.1919 года газета напечатала следующее: «Пра­вительство Башкирской ССР приглашает на работу: юристов с высшим образованием для работы в колле­гии защитников при комиссариате юстиции».

На съезде комиссаров юстиции Сибири, Урала и Туркестана 25.05.1918 года было принято Положе­ние о правозаступниках.

После освобождения Оренбурга от белоказачьих войск атамана Дутова вернувшийся из Саратова при­сяжный поверенный Рейхштадт В.П., до лета 1918 года работавший юрисконсультом при оренбургском комиссаре юстиции, затем правозаступником при саратовском комиссаре юстиции, написал заявление в Совет народных судей об образовании в Оренбурге Коллегии правозаступников. Совет народных судей дал согласие, так появился первый Совет коллегии правозаступников, куда вошли Леонтьев А.П., Лисов­ский И.А., Зубарев Р.Ф., Рейхштадт В.П. Председате­лем стал Алеханов Н.Е.

Жизнь Оренбургской коллегии правозаступников была недолгой, но бурной. Располагалась КП при Оренбургском отделении юстиции новой советской власти в здании бывшего окружного суда по ул. Ин­женерной, 19 - напротив Казанского собора (сегодня на месте собора - Дом Советов, здание окружного суда в 70-е годы XX века снесли).

31.01.1919 года, через 9 дней как в город вошли красные, в № 7 газеты «Коммунар» был опублико­ван Приказ № 1, подписанный заведующим отделом юстиции Оренбургской губернии Буяновым В., глася­щий: «Согласно Декрету от 28.01.1918 года институты мировых судов упраздняются, а вместо них создается единый местный суд».

Впредь до создания такового суда отдел юстиции предлагает всем участковым мировым судьям Орен­бурга и уездов возобновить свою деятельность и рабо­тать временно на старых основаниях.

В этот же день начал работать отдел юстиции, рас­положившись в здании бывшего окружного суда на ул. Инженерной, напротив Казанского собора.

Прошло восемь месяцев, и в сентябре 1919 года в Оренбург прибыл Председатель ВЦИК РСФСР Ка­линин М.И. Он подверг резкой критике губернский исполком и отдел юстиции за то, что в губернии про­должает работать мировой суд. Мировые судьи про­должали выносить решения и приговоры не от имени Республики, а единолично. Они игнорировали ленин­ский Декрет о суде. Калинин М.И. потребовал от мест­ных властей провести выборы народных судей.

Согласно декрету ВЦИК о народном суде Коллегия правозаступников должна быть преобразована в кол­легии защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе.

26.05.1922 года ВЦИК было издано Положение об адвокатуре, на основании которого при Оренбург­ском губернском отделе юстиции 01.11.1922 года была образована Коллегия защитников.

В задачи Коллегии защитников входило оказание суду содействия в деле наиболее полного освещения всех обстоятельств, касающихся обвиняемого или ин­тересов сторон, участвующих в гражданском процессе.

Распорядительный орган - Президиум, избираемый общим собранием членов Коллегии.

По постановлению ВЦИК РСФСР от 07.07.1923 года Коллегии защитников, в смысле административного надзора за ними, перешли в ведение губернских судов.

Список членов Коллегии защитников при Чкаловском губсуде состоял из 19 человек и 9 членов Колле­гии защитников, работающих в уездах Оренбургской губернии.

19 оренбургских защитников вели прием граждан по месту своего жительства утром с 8 до ю часов, вечером с 16 до 18-19 часов. Об этом сообщалось в справочни­ке г. Оренбурга за 1927 год. Вот откуда пошло понятие Адвокатский кабинет.

Чкаловская областная Коллегия защитников в 1937 году объединила четыре коллектива: Орский, Бузулукский, Бугурусланский и Оренбургский, который располагался по адресу: ул. Пролетарская, 50, на месте которого ныне пустырь.

В нынешнем здании адвокатской палаты на ул. Про­летарской в 1926 году располагалось «Пивное зало № ю» нэпмана Понтяйкина Т.К.

На плане же Оренбурга 1854 года это угловое здание указано как питейный дом «Кукуй».

Черная страница советской истории 30-х годов прошло­го века не обошла и оренбургских адвокатов. Как итог - недостаток квалифицированных юридических кадров сильно ощущался в Оренбуржье в 20-40-е годы XX века.

В 1935 году оренбургские власти обратились к на­родному комиссару юстиции РСФСР Николаю Ва­сильевичу Крыленко с просьбой открыть на Южном Урале годичную юридическую школу по подготовке новых кадров и повышения квалификации судебно- прокурорского аппарата области.

Крыленко Н.В., выступая 03.04.1935 года перед орен­бургскими юристами, говорил о качестве работы юри­стов и важности повышения их «культурного уровня». Но только через 6 лет, в конце 1941 года в Чкалове появился учебно-консультационный пункт ВЮЗИ.

01.01.1942 года открылся Чкаловский филиал ВЮЗИ, который под свою опеку взял Наркомат юстиции СССР, находившийся в 1941-1942 гг. в Чкалове в эвакуации.

В первые два года Великой Отечественной войны наш город превратился в правовую столицу стра­ны. В Чкалове в эвакуации находился Верховный суд СССР, Прокуратура СССР, Военная коллегия ВС СССР, НКВД Московского управления, Главное управление милиции, Главное тюремное управле­ние, Главное управление лагерей (ГУЛАГ).

В это же время в столицу Южного Урала был эва­куирован Всесоюзный институт юридических наук, директором которого был Председатель ВС СССР Го­ляков Иван Тимофеевич, а ученым секретарем инсти­тута - Утевский Борис Соломонович, который в моло­дости получил диплом доктора права в Лейпцигском университете, вернулся на родину и начал карьеру юриста помощником присяжного поверенного извест­ного адвоката Карабчевского Николая Платоновича.

Именно в эвакуации в Чкалове в 1941 году Утевский Б.С. написал и опубликовал труд «Мотивы преступления» и перевел работу «Уголовное право английской револю­ции XVII века», за которую в 1948 году ему была присуж­дена ученая степень доктора юридических наук.

Располагался ВИЮН в Чкалове по адресу: ул. Совет­ская, 27, ныне там располагаются магазины «Жемчуг» и «РивГош».

Поскольку в Чкалове в эвакуации находилась и редакция журнала «Социалистическая законность», в январе 1942 года в № 1 была опубликована статья «Советская адвокатура в условиях Отечественной войны». Автор посвятил значительную часть работы оренбургским адвокатам. Он писал: «Адвокаты Бузулукской юридической консультации Чкаловской об­ласти за июнь, июль, август прошлого года провели в суде 101 дело в порядке ст. 55 УПК РСФСР (т.е. практи­чески бесплатно), и только по 59 делам они выступили по соглашению с клиентами».

В Соль-Илецком районе в третьем квартале 1941 года адвокаты провели 17 платных дел и 35 - в порядке ст. 55 УПК РСФСР.

За первые три месяца войны по всей Чкаловской области адвокаты выступили по требованию судов по 493 делам, и лишь 425 дел они провели по соглаше­нию с клиентами.

О чем свидетельствуют эти цифры? О том, что суды неправильно толкуют ст. 55 УПК РСФСР и чересчур широко пользуются правом требовать назначения защиты в порядке этой статьи, иногда даже не спра­шивая обвиняемого, желает ли он иметь защитника. Судьи, объявляя приговор, забывают вынести опреде­ление о взыскании с обвиняемого гонорара адвокату за ведение дела.

Но была и критика: «Вследствие слабой юридиче­ской подготовки адвокаты оказывали на призывных пунктах неквалифицированную юридическую по­мощь призываемым в ряды Красной Армии. Пре­зиденту Чкаловской Коллегии адвокатов это нужно учесть и исправить свою ошибку».

Совещание руководящих работников адвокатуры при НКО СССР отмечало, что на 01.07.1944 года в составе со­ветской адвокатуры имелось 30% адвокатов без закон­ченного среднего юридического образования, 940 чело­век с юридической подготовкой в объеме краткосрочных курсов и 993 человека - без юридической подготовки.

Взаимоотношения адвокатов и советских органов власти даже в годы Великой Отечественной вой­ны трудно назвать безоблачными, подтверждением тому - докладная записка от начальника Управления НКЮ РСФСР по Чкаловской области секретарю обкома ВКП(б). Чиновник юстиции пишет: «Еще хуже обсто­ит дело с кадрами адвокатуры. Среди адвокатов имеют место люди с темным прошлым и рвачи. Имеются сиг­налы о том, что отдельные адвокаты имеют антисовет­ские настроения и делают заседания суда трибуной для высказывания таких настроений. Отдел кадров Управ­ления НКЮ РСФСР по Чкаловской области составом адвокатов и их высказываниями на суде совершенно не интересуется и никаких мер по чистке Коллегии ад­вокатов не принимает».

Адвокатские образования в советские времена были под неусыпным вниманием советских и партийных органов. Их выводы по итогам проверки адвокатов порой были бескомпромиссны и крайне жестоки с нынешней точки зрения.

Так, инструктор Кировского РК ВКП(б) г. Чкалова в докладной записке секретарю РК ВКП(б) писал: «Зарплату адвокаты получают регулярно два раза в месяц, однако имеется ряд случаев настойчивого требования выдачи аванса до получки. Адвокат Доро­шенко настойчиво требовал выдачи аванса, мотиви­руя тем, что «есть нечего, умираю с голоду и за почин­ку сапог в сумме 28,00 руб. уплатить нечем». Адвокат Загрядский требовал аванс, мотивируя тем, что за уче­нье в школе нечем платить». Вывод: «...за рваческие настроения снять с работы адвоката Дорошенко».

Несмотря на репрессии НКВД, на ретивость отдель­ных партработников по отношению к некоторым ад­вокатам, оренбургские адвокаты, выполняя порой за­щиту бесплатно, внесли значительный вклад в дело Победы над немецко-фашистскими захватчиками, об этом свидетельствует отчет Чкаловской коллегии ад­вокатов в мае 1945 года.

К маю 1945 года в Чкаловской коллегии адвокатов состояло 85 человек. С 1941 года в РККА на фронты Отечественной войны было призвано 36 адвокатов. Из числа призванных погибло на фронте 10 человек, инвалидами стали 12 человек. Награждены: Абрамычев - 4 ордена, Тарасов - 2 ордена. С 1942 года по май 1945 года адвокатами области было собрано теплой одежды для РККА - 408 предметов, отправлено по­дарков на фронт - 214 предметов, отчислено на по­стройку самолета «Советский адвокат» - 50000,00 руб. и облигаций - 110000,00 руб., за что получили благодарность от Председателя ГКО т. Сталина. За че­тыре года на все денежно-вещевые лотереи подписа­лись на сумму 215000,00 руб.

В марте 1945 года Президиум Коллегии адвокатов перечислил в Фонд построения самолета «Чкаловский адвокат» 50000,00 руб., за что вторично получил бла­годарность от Председателя ГКО.

Выстирано и отремонтировано белья и обмундиро­вания для бойцов Красной Армии - 5200 предметов, подписались на денежные займы в сумме 125 тыс. руб.

Собрали средств на организацию детских домов для сирот Сталинграда - 10000,00 руб., для сирот Ставро­польского края -100000,00 руб.

Собрали и перечислили на восстановление Кол­легии защитников после оккупации в Орловской области - 15000,00 руб., Крымской АССР - 15000,00 руб., Ленинградской области - 25000,00 руб., оказали помощь семьям фронтовиков - 65000,00 руб., на шефство над военными госпиталями - 10000,00 руб. Итого - 615000,00 руб. За этими сухими циф­рами стоит тот факт, что оренбургские адвокаты большую часть своей зарплаты отдавали для ско­рейшей победы над врагом! Так, адвокаты Чкалов­ской области подписались на 4-й военный заем в сумме 21300,00 руб., что составляло к их средней зарплате 143 %.